Корзина 0 товаров в корзине
Историко-культурологический проект о старой Москве
Дизайн - Notamedia 2019

Три новые потери старого Замоскворечья

Выйдя из метро «Третьяковская» на Ордынку, движемся по Большому Толмачевскому переулку в сторону Третьяковской галереи, оставляя ее справа, и находим слева дом № 7. Это памятник архитектуры — построенный после войны 1812 года дом подпоручицы Лобковой. Сегодня знатоки Москвы не узнают его: замыкающий перспективу Малого Толмачевского переулка дом лишен своей особинки — деревянного мезонина с лоджией, где так легко воображалось чаепитие за самоваром с видом на Кремль. Помимо мезонина, снесены стены второго этажа по боковому (восточному) и заднему фасадам, в самой старой части дома. Временная кровля положена только над этой частью, над помещениями первого этажа, а сохранившиеся вдоль улицы помещения второго этажа, с печами, лепниной потолков, колоннами и куполом в одной из комнат протекают сквозь дыры в потолке, образовавшиеся после сноса мезонина. Все это называется согласно информационному щиту «реконструкцией памятника архитектуры», заказчиком которой выступает ООО «Монако Синема». Заказчик отказался сообщить «Известиям», существует ли проект реставрации, на каком основании разобрана часть дома, почему это случилось накануне зимы и почему не полностью законсервирована оставшаяся часть. «Информация не может быть предоставлена», — подытожил юрисконсульт «Монако» двухдневные попытки «Известий» связаться с его руководством. По нашим сведениям, консервационные работы на кровле прерваны из-за ухода подрядчика.

Большой Толмачевский переулок ведет к Большой Полянке, выйдя на нее, принимаем влево. Между корпусами 20-й детской клинической больницы и станцией метро «Полянка» обнаруживаем половину дома (№ 22), окруженную стройкой. Это все, что осталось от выявленного недавно памятника архитектуры — усадебного дома Шкарина, построенного в 1817 году и приспособленного через полстолетия для литейного и арматурно-механического завода Якобсона. Несмотря на такое приспособление, дом сохранял облик жилой усадьбы, по-особому уютной благодаря расположению торцом к Полянке, фасадом к боковому дворику. Недавно дом был передан соседней больнице для строительства хирургического центра. Это не что иное, как центр Леонида Рошаля, который возглавляет хирургию именно в 20-й детской больнице. Архитектор Михаил Леонов, руководитель 5-й мастерской «Моспроекта-2», нарисовал для Рошаля корпус, развернутый вдоль улицы и поглощающий половину старого дома. Обозреватель «Известий» присутствовал на обсуждении этого предложения методсоветом Управления охраны памятников в апреле. Доктор Рошаль лично пришел в собрание отстаивать проект Леонова именем больных детей. Оба пытались убедить собравшихся, что интересы детской медицины именно здесь вступают в неразрешимое противоречие с необходимостью сохранения старой Москвы. Почтенный доктор был малоузнаваем в этой сцене. Методсовет не согласился на разборку памятника и просил архитектора найти иное объемное решение. Не тут-то было: видимо, всемирно знаменитый доктор привел в движение свои связи. Вскоре начальник Управления охраны памятников Владимир Соколовский, минуя собственный методсовет, согласовал снос одной трети (все же не половины) дома, а главный архитектор города Александр Кузьмин завизировал проект вопреки мнению своего экспертного совета. Тем временем Министерство культуры спасло от сноса, инициированного тем же заказчиком ради строительства подземных гаражей, памятник федерального значения — палаты середины XVIII века в глубине квартала по адресу Малая Якиманка, 19.

С Большой Полянки мимо станции метро проследуем на Полянку Малую. Здесь, в домовладении № 2/3, в квартале между Бродниковым и 2-м Хвостовым переулками, по периметру огромной купеческой усадьбы Бродниковых снесены торговые корпуса, выходившие на древний Полянский рынок. Застройщики — ОАО «Орион-Универсал» и ЗАО «Отель Яким Анна» — возводят посреди квартала жилой дом с офисами и, разумеется, двухуровневой подземной стоянкой. Проект снова выдан мастерской Михаила Леонова, которой Замоскворечье предоставлено как будто в вотчину, и согласован на условии воссоздания фасадов торговых корпусов. Однако с ними был снесен и жилой дом усадьбы — памятник XVIII века, образец раннего классицизма, на углу Малой Полянки и 2-го Хвостова переулка (строение 5). В Управлении охраны памятников города «Известиям» сказали, что дом снесен на законном основании, но отказались сообщить, на каком именно. Обозревателю такой закон неизвестен. Нас ожидает очередной новодел.

К чиновникам, бизнесменам и некоторым архитекторам давно нет никаких вопросов. Огорчают лишь те, на чей авторитет погибающая Москва вправе рассчитывать. Всем, не исключая журналистов, необходимо руководствоваться простым императивом: ни словом, ни делом не участвовать в разрушении.

Рустам Рахматуллин, «Известия», 10 декабря 2004 года.