Корзина 0 товаров в корзине
Историко-культурологический проект о старой Москве
Дизайн - Notamedia 2019

Малый Гнездниковский переулок, д. 3/5. Необходимое продолжение

09-го Марта 2006
«Вся историческая застройка по Тверскому бульвару между Б. Никитской и Тверской улицами является памятниками архитектуры, состоящими под государственной охраной и находится в границах объединенной зоны охраны памятников истории и культуры, а также в заповедной зоне и в зоне охраняемого ландшафта… Дом №3/5 строение 3 по Большому Гнездниковскому (он же 5/3 по Малому Гнездниковскому) является памятником истории (№232), состоящим под государственной охраной». Это из исторической справки. Тем не менее, скоро особняк в Гнездниковском, в данный момент «раздетый» до своего первоначального состояния 1738 года, будет встроен в мощный административно-жилой комплекс с подземным гаражом. Сам же дом обещают воссоздать в объемах XIX века (признан памятником XIX века) и реставраторы говорят не о сносе, а о разборке.
Правда, подлинными кирпичами, что лежат неподалеку, отреставрируют только оставшийся объем, а остальное – «новые материалы». То есть, 18 век останется 18-м, а 19-й заменится 21-м. А, чтобы домик не упал от нечаянного родства, под него подводят бетонную подушку. Вот такая «матрешка» в одежке из административно-жилого комплекса»...
Так заканчивалась история дома в Гнездниковском переулке. Тогда надежда еще была. Но статус объекта культурного наследия в очередной раз оказался бессилен спасти здание. Произошедшее на территории бывшей усадьбы Нащокиных 1 февраля является логическим продолжением недавнего сноса усадьбы Римского-Корсакова.
Весной прошлого года на территории бывшей Полицейской канцелярии было начато строительство большого офисного комплекса (заказчик – ООО «Респект-R»), многоэтажные корпуса которого и должны были подпереть старый особняк с флангов. Сам особняк предполагалось отреставрировать. Однако точно так же, как и в прошлогодней истории с домом Новикова наилучшим способом реставрации в результате была признана ликвидация здания.
Постепенно всё это исчезает. Тверской бульвар, 1920-е годы.
Постепенно всё это исчезает. Тверской бульвар, 1920-е годы.
Представители заказчика уверяют, что «здание погубили не мы, а большевики, которые 70 лет его так эксплуатировали». Действительно, дом был в тяжелом техническом состоянии, но разрушаться начал лишь после разборки торцевых пристроек конца 19 века, которая, как водится, была произведена до начала противоаварийных работ. Уже после треснувший дом стянули металлическими обручами, но легче ему от этого не стало. Здание разбирали поэтапно, сначала сняли два верхних этажа, потом разобрали часть сводчатых помещений нижнего. Каждый следующий шаг мотивировался невозможностью укрепления аварийного здания и обещанием построить «такой же» дом из складируемого во дворе старого кирпича (как говорит Юрий Лужков, «кирпичи – это просто молекулы, из которых можно слепить любой образ»). «Москва, которой нет» попыталась в происходящее, однако на стройке объяснили, что, во-первых, «демонтаж сносом не является», а, во-вторых, разборка здания вплоть до самой древней его части согласована официально.
Древним считался небольшой, в две комнаты, объем на подвале. Специалисты, обследовавшие дом несколько лет назад, датировали 17 веком именно эту его часть, поскольку лишь под ней сохранялся сводчатый подвал, возраст которого был очевиден. Обследовать помещения первого этажа тогда было невозможно, поскольку их занимали офисы. Поэтому в заключении было оговорено, что для уточнения датировки необходимы подробные натурные исследования.
Предписанный к сохранению объем дома 3/5 в Малом Гнездниковском
Предписанный к сохранению объем дома 3/5 в Малом Гнездниковском
Ничего этого сделано не было, и только после разборки здания стало ясно, что к 17 веку относилась значительная часть сводчатых комнат первого этажа, а подвалы под ними были просто засыпаны. Половина объема, предписанного к сохранению, к тому моменту тоже исчезла – по словам прораба, упала сама (разумеется, ночью, когда дома имеют странное обыкновение падать). Тем не менее, оставалась фасадная стена в три окна и примыкающие к ней части двух торцевых стен, а также две сводчатые палаты подвала. Уникальность этих фрагментов была заметна невооруженным взглядом, однако у отвечающих за объект реставраторов фирмы «АРС’С», они никакого профессионального интереса не вызвали (по словам консультирующего эту фирму замначальника Москомнаследия А.Соловьева - оттого, что с ними не был подписан договор, а кто же в наше время станет проявлять интерес забесплатно). Реставраторы повели себя как врачи, отказывающиеся ехать на вызов по причине задержки зарплаты; памятник погибал неисследованным. По счастью, ситуацией заинтересовались посторонние люди, из числа тех, кто занимался предварительными исследованиями дома. Заказчик благородно разрешил им провести обмеры и даже предложил взять на себя сопутствующие расходы. Однако сохранять памятник в его планы не входило.
Наличник окна парадного фасада палат 17 века
Наличник окна парадного фасада палат 17 века
Натурные работы, проведенные архитекторами А. Можаевым и С. Курановым в последнюю неделю перед окончательным сносом дома, показали, что его руины представляют собой хорошо сохранившиеся фрагменты двух парадных фасадов палат конца 17 века, в древности смотревших на соседнюю церковь Николы в Гнездниках. Рисунок наличников этих фасадов был различным: к югу были обращены окна с килевидными фронтонами, к востоку – с разорванными, исключительно изящного рисунка. Более того, фасады сохраняли первоначальную покраску, которая тоже была разной! Южный фасад был белым, а восточный многоцветным: красное поле стены и темный (вероятно, черный) тон деталей – наличников и карниза-поребрика. Такое решение впервые встречается в гражданской архитектуре московских посадов (сравнить его можно лишь с многоцветьем кремлевского Потешного дворца). Но для того, чтобы более точно определить былую внешность уникального памятника (обнаружились и прочие странности, скажем, один из наличников восточного фасада почему-то был несимметричным) требовались более тщательные изыскания.
Своды подвала дома в Гнездниковском переулке
Своды подвала дома в Гнездниковском переулке

В среду, 1 февраля, придя на объект, реставраторы застали лишь бульдозер, выгребающий из земли остатки подвала (подвал тоже был хорош: кирпичные своды с распалубками, стенные ниши с железными подставами, нетронутая ремонтами древняя побелка на белокаменных стенах)…

Прораб Тамара Владимировна улыбнулась и сообщила опешившим архитекторам, что дом упал сам. Инвестор объяснил, что подобная реставрационная практика является общепринятой во всем мире, и что новый дом, сложенный из старого кирпича, будет вызывать у туристов не меньшее восхищение (действительно, теперь из него выкладывают перемычки окон, называя их «кокошниками», а также старательно выводят новодельные своды). Москомнаследие всю вину возложило на ответственно-ограниченный «Респект-R». Оно, мол, никак не смогло остановить его злой воли, зато задним числом быстро заморозило стройку и теперь непременно проследит за ходом дальнейшей реставрации должно быть за тем, чтобы процентное содержание старого кирпича в стенах нового здания составляло не менее 5 процентов… Удивительно, но с каждым годом смысл существования этой правительственной структуры становится все более неопределенным, а спасение того или иного памятника – не правилом, а чудом, исключительным исключением.

Фотогалерея